Авторизация
Статистика
Просмотры материалов : 242540
| Игнаткова Инна |
|
Посвящается всем безвинно погибшим паукам при исполнении своего предназначения Ты не хотел убивать паучка В день ожиданья гостей. Чья-то незримая злая рука — Кто же способствовал ей? — Резко сорвав паутину с угла, Чью-то искомкала жизнь. Сколько же было сокрытого зла В выходке этой, скажи! Шел он к тебе сообщить о гостях По потолку и стене... Радости столько таил он в вестях — Тех, что увидел во сне. На паутинке спустился на пол, Словно в глаза заглянул, И, приближаясь, взобрался на стол, По полировке шагнул... Радостно полз он к ладони твоей, Чтоб сообщить эту весть. Только не рад оказался ты ей — И передёрнулся весь. Жалкий хлопок. И печальная тень Ласковых глаз... Вес дела! В тот миновавший незначащий день Я не пришла. Только скажи — между нами — в грехе. Том, что вершат все подряд, В ссоре простой, и в холодном стихе, Разве он был виноват?.. * * * Дождик стекло вымоет – Грязь утечёт прочь. Снятся мои любимые Утром и в тёмную ночь. Солнце слезу высушит – Лучик скользнёт по плечу. В страх на подушке вышитой – Вижу, кого хочу… Наволочку душистую Уберегу от рыдания. Самые в мире чистые – Эти мои свидания. Добрые, незабвенные… Их не отнимут, нет! – Встречи благословенные С теми, кого нет. * * * А мне бы вперёд шагнуть. Сорвать со стеблей колосья. А мне бы ещё чуть-чуть, Дожить, донести, не бросить… А мне бы нащупать путь, Вдохнуть до предела воздух. А мне бы до звёзд доглянуть, Пока доглядеть не поздно. О дай же мне руку, жизнь, Бесчувственная, чужая… Куда мне идти, укажи – Сама я уже не знаю. В слезах от беды и стыда, Просящая счастья дольку. И где же моя звезда, Хваленая раз столько? На оцепенелом дне Не заживают раны. Ты только блесни мне – И я до тебя достану. 2006 * * * Я больше не вернусь… Пускай твердит мне вечность, Что я забыть не в силах Подслащенную грусть. В подслащенную грусть Добавлю я беспечность И всё, что счастьем было – Я больше не вернусь… Билет в один конец – И больше ничего. И на чужие лица Смотрю я без мечты. Союз чужих сердец - Билет для одного. Но даже в клетке птица Свободнее, чем ты… Билет на самолёт – Билет за облака, Из жестяных колец С фальшивой позолотой. Оплата наперёд. Печаль издалека. Билет в один конец… Но только в сердце что-то… Судьба – немая соль. Душа – пустой дворец, В котором сквозняки – Единственные гости. Контракт на чью-то роль… Билет в один конец – Но только дураки Сожгут последний мостик… 2003 * * * В лужах стоит вода. Над городом голуби вьются. Зачем я вернулась туда, Куда клялась не вернуться?.. Уйти навсегда опять – Решение принято снова. Ведь я не могу ждать, И мне не дано другого. Пойду, отвернувшись, прочь: Куда – не твоё дело. Зачем же я в ту ночь Этого не сделала? Я бы ушла во мглу, Непобеждённой и глупой. А теперь – мой поцелуй, Тебе на прощание в губы. Теперь – почти всё равно, Только немного позже. Давно всё решено. И больше так быть не может. Волчица Я знаю – это может вновь случиться. Но чаще бояться – не поймать волков. Я вою, будто серая волчица В плену у стен, дверей и потолков. Я знаю – нет надежд, судьба сурова. И в жизни новых странствий будет много. А это повториться может снова – Тогда, когда окончится дорога, Со всеми. Каждый знает – это будет, И будет – каждый раз в конце пути: Стоять на перекрёстках разных судеб, Опять – ещё не знать, куда идти. Ответственность решения – на плечи. И каждый раз – на вечность старше взгляд. Не верьте, что кого-то время лечит, Ведь время – это самый страшный яд. И можно ждать, но так ещё больнее: Не выход – новых дел не затевать. Но каждый путь – роднее, И каждый раз – труднее О нём и предыдущем забывать. Седая шерсть – я превратилась в зверя. Я мёртвой хваткой в этом навсегда. Но в то, что так – навеки, не поверю – Я не поверю в это никогда. * * * Вода – не слёзы – с неба на стекло. И ветви в ветре, путаясь, шуршат. За что опять мне было тяжело Решаться сделать этот глупый шаг? Не стоит дум заплаканная высь. Омоет дождь наружное стекло. И если тучи наземь пролились – Не значит, что нам станет вновь светло. И даже если солнце в небесах Осветит путь, то будет путь чужим… А гири на подкрученных весах – Всего лишь только видимость и дым! Не размышляй о том, что не поймёшь. Не делай вывод, завершая шаг. Науки точной нет, а точность – это ложь. А точность – это ветви, что шуршат. По стёклам ливень неуёмных слёз. По стёклам – боль здоровых скучных тел. По стёклам – фальшь как будто мёртвых грёз. А на яву – вершенье новых дел! Уймётся дождь, устав стекло лизать. Взметнётся в небо гулкий ветра свист. Нам друг о друге нечего сказать. Зачем тогда нам пачкать этот лист? 2003 * * * Всё кончено… Я снова ухожу, Как первый луч багряного заката. Я и тебе о главном не скажу, Как не сказала и ему когда-то. Всё кончено… Я больше не смеюсь Над одинокой гибелью неверных. Но не её одной всю жизнь боюсь, И не в неё одну, наверно, верю… Жара июля – тонкая струна, Натянутая жизнью до отказа. Я сотни раз была совсем одна, Но одинокой не была ни разу. Затронь струну – и будет хрупок звук, И рано оборвётся слишком рано. И потому за тысячей разлук Я презираю сказки без обмана. 2003 * * * Где мой дом, высокая трава? Тополя с серебряной листвою?.. И кого туда с собой позвать, Если найден вдруг он будет мною? На какое время впустит он? Череда вопросов друг за другом… А ответов нет. Как испокон. Вдруг его зимой разрушит вьюга? Может быть, покажешь мне во сне?.. Все свелось к плачевному итогу: Дома моего на свете нет. Дом мой – бесконечная дорога. Впереди – туман и ничего. Как окончить этот путь нелепый? Может, здесь построить мне его, На поляне под открытым небом? Солнечный покой и тишина. Высь без крыш, простор без слов и силы. Что же буду делать здесь одна? Это ведь похоже на могилу… Нет. Не нужен мне приют такой - Лучше голод временных пристанищ. Всё равно упрямою рукой Самых верхних веток не достанешь. Некого в такую глушь позвать. Что толочь слова, как воду в ступе! Где мой дом, высокая трава? Дом, в котором ждут, зовут и любят…. 2006 Голод Я вижу только голод на земле. И жадные глаза людей голодных Сверкают бриллиантами во мгле Безжизненных и злых земель холодных. Они друг друга за ломоть убьют. А коль кому-нибудь удастся счастье, Из зависти отнимут, разобьют И разорвут несчастного на части. И подгнивает в сырости, как нить, Последняя из истин – вера…в сказки!!!… И так хочу я миру подарить Хоть капельку своей любви и ласки. Но и меня не хочет пожалеть И приласкать, и обогреть немного Холодная безжизненная твердь И жизни бесконечная дорога. * * * Крылья раскинув вольно, Я над землёй опять. Это не так уж больно – Не обретя, терять… Всюду полёг, как вата, Белый пушистый снег. Если искать виноватых, Жизнь не замедлит бег. Мимо судьба промчится, Как не твоя. «Этому не научиться», - Вторит снегам земля. Это приходит властно, И отбирает власть: Тем нипочём опасность, Кто обречён пасть. Тем, кто совсем не смело, Робко отвергнет рай. «Что же, - спрошу, - мне делать?» Кто-то шепнёт: «Играй!» Выбора нет, наверно… Я повторю ещё: Знала б ты, жизнь моя – стерва, Истинный свой просчёт, Если б во сне кошмарном Выразить мог язык, Как я тебе благодарна – И за короткий миг… * * * Я останусь тебе чужой. Как ветра неродного края. Как родная с чужой душой. Как земля небесам чужая. Породнилась трава с водой. Породнилась с избой ограда. Породнились любовь с бедой. Мне же - родственников не надо. Бестолковая их суета… Да слезинку когда проронят… Будет больше от них вреда, Чем подмоги от посторонних. После ливня цветной дугой Глянет небо в окно квартиры. Я останусь тебе - Другой - Для измены жене и миру. У разлучницы нет в крови Ярой мести, тоски суровой. А для тех, кто не знал любви, И Разлука – пустое слово. Я останусь твоей мечтой – Так запомнится жизнь чуднее. И непознанной «чужетой» Буду всех я тебе роднее. И для тех, кто не ведал слез, Подпишусь я горячей кровью: Навсегда, до последних грёз, Я останусь твоей любовью. 2005 * * * Давай зачеркнём с тобой Вчерашние дни? Пускай остаются гурьбой – Пойдём одни. По снежной дороге в ночь, А может – в рай. Кто знает, кто скажет, кто сможет помочь?.. Одно знай: Что всё относительно и в раю, Не верь снам. Не мы выбираем судьбу свою, Но жить – нам. Кто видит, кто помнит, куда идем… Как нужно идти… Какою ценою, каким путём… За всё прости. Но легче дороги нет. И в этот раз Не веруй в обманчивый свет – Он против нас. Не дремлют враги – ждут. И если свернём, Обманут, наивных, сомнут – зачеркнут Вчерашним днём. А там, позади – тьма И холод стен. Завьюжит снегами зима В ненужный плен. И не было б поздно - скорей пойдём, Пойдём одни… Давай, как врагов, зачеркнём Вчерашние дни. 2004 Дорога мечты. В долине жизни блеклой и убогой Свернул один, другой… Свернёшь и ты… А я иду широкою дорогой Своей большой нетронутой мечты. Она лежит, как девственное поле, В такой грязи, что глохнет стук сердец. И только небо знает, что есть воля И где её незыблемый конец. Печёт ли зной, печально дождь ли плачет, Я всё равно по ней куда-то вдаль… Иду. Молчу. И не могу иначе. В глазах – душа, а за душою – сталь. Мне не видать приюта, как изгою, Хоть внешне не откроюсь, как изгой. Я родилась и выросла такою. И я умру, наверное, такой… Пусть я потеряна для всех слепою далью, И словно не от мира этот путь!.. Туман пылающий заслонит всё вуалью – И не понять меня, и не вернуть… И я поддамся сладостным теченьям, И не прорвусь сквозь мириады пут – Но, окружённая любовью и общеньем, Я всё равно чужая там и тут… Зачем-то свет меня нещадно дразнит. Зачем-то жизнь немыслимо длинна. Зачем-то взгляд в дали неясной вязнет. Зачем-то я беспомощно - сильна. И спросит жизнь, о чём же я мечтаю Дорогой той, во всём себя виня… А я, похоже, даже и не знаю, Куда и как она ведёт меня. 2003 * * * Жалобный скрежет железа Петель тюремных ворот. Я через жизнь перелезла Наоборот. Страшно. Самой непонятно! Но для него и к нему Я возвращалась обратно В эту глухую тюрьму… Я откупилась от жала Змей, не испробовав яд, Бросила всё и сбежала – Тысячелетье назад… Не променяла одежды На оперенье сорок, Не растоптала надежды, Не отсидела свой срок. Но, перелётную птицу, Не для темницы огня – Лишь на мгновенье присниться – Он попросил меня. Вечность свободна от пыли Только по сторону ту. И, побросав наземь крылья, Я набрала высоту… Слыша стенанья, дрожала. Видела – машет рукой… Но всё равно не снижалась, Не внемля мольбе никакой. Просто взглянула, вдохнула Этот погибельный яд И навсегда ускользнула, Вновь позабыв этот взгляд. 2003 * * * Жизнь казалась листом бумажным, Пластилином – твёрдый гранит. Я забыла, как это страшно, Если небо не слышит молитв. Что хотела, то и писала На поверхность того листа. Я забыла – а раньше ведь знала! – Что значит боль и пустота. Лбом о стену – больно и глупо, Бесполезно. В пропасть скользя, Все, что было, ярко и скупо, Болью в сердце - вспомнить нельзя. Кто поверит? Скажут: неправда, Слишком просто, не для меня. Тем бесценнее будет завтра Все, что вынесла из огня. 2006 * * * За то, что нет во снах противоречий? За то, что в небе птица высоко? За то, что взгляд мой весел и беспечен? За то, что я от мира далеко? За то, что не хочу писать о боли, Которая постыла мне давно? За то, что волос мой чернее смоли? За то, что я с туманом заодно? За то, что я не помню день ушедший? За то, что не храню чужой урок? За то, что родилась я сумасшедшей? За это ли заслужен мной упрёк?! Пускай же пишут о любви несчастной! Пускай скулят, как волки на луну. Пускай считают главы, мысли, части… А я пишу историю одну: Забитый гвоздь не вынуть без усилий, Забытый взгляд не вспомнить невзначай… Прощать обид меня не научили, Но научили не хранить печаль. Мне этих грёз знакомы чувства глубже, Видала смерть я ближе рук своих. И мне влезать под общий штамп не нужно, Чтоб написать простой душевный стих. 2003 * * * Зачем мне крылья? Я должна упасть, А я лечу и сыплю наземь перья. Зачем мне жизнь? Я не имею власть И никому я больше не поверю. И мерзких снов среди пустынных стен Не нужно мне. Я знаю цену слова: Я не хочу обратных перемен – Я не хочу потом сломаться снова. Что может дать мне радостная весть? Надежда обвалилась книжной полкой. Все думают ещё, что сердце есть, А там, в груди моей – одни осколки. От каждого движенья стонет плоть - Они хрустят, но их никто не слышит. Зачем пытаться муку побороть, Зачем вершить фундамент выше крыши? Фальшиво все – не хочется вставать С постели утром. Жду и коченею. Я не хочу бежать и воевать, Да только вот сдаваться не умею. 2006 * * * И сияли звёзды в небесах. И играла музыка чужая. Точно лёд и пламя на весах, Что стоят над пропастью у края. И смеялась бездна над судьбой, Что смотреть во мрак не устрашалась. Я была тебе совсем чужой И чужой навек тебе осталась. Только помню – пела эта тьма! Даже той холодной тёмной ночью. И себе не верила сама, Ощущая мёрзлость этих точек. Жизнь шагала всюду по пятам, Призывая к старту неуместно. Все ушли… А я осталась там, Где сияла вечно эта бездна. Звёзды не дают такую тень, Что была бы принята серьёзно. И посей незримо дальний день Там спокойно, тихо и морозно. 2004 * * * Иссохнуть может даже вера. И я бороться не хочу. Во всём должна иметься мера… Гашу полночную свечу. Смотрю на месяц и пугаюсь – Как дик наш мир и ночь длинна. Так разве ж я тебе чужая, Сестра полночная, луна?! Белеет свет во тьме кромешной, Но скуден луч и нелюдим. Среди тоски своей безбрежной И ты, наверное, один. Но не сравнить такие муки С надеждой скошенных стогов. Не речка слёз, ни боль разлуки, И ни при чём ничья любовь… Нет! Слышишь, нет! Я не позволю Ценою дней, ценой людей… Гнилую жизнь, гнилую долю Писать историей моей! Во всём должна иметься мера. Гашу полночную свечу… Иссохнуть сможет даже вера. Но я бороться не хочу. 2003 * * * Кончается всё так скоро – И не было будто. И гасит огни город В тумане утра. Спускается день на крыши Забвеньем новым. Я больше тебя не увижу. Даю слово, Что я соберусь тихо. Ведь в сумраке этом, быть может, Твой сон – наш единственный выход. Меня ты найти не сможешь. В толпе многоликой праздно Не кликай меня отныне. Зови–не зови – напрасно: Ты знаешь другое имя. Опасно играть с судьбою, Но страшней покоряться ветру. И как тень, я пройду с тобою Эти - образно – «несколько метров». Как тень…- так немного легче. В глазах моих ты не утонешь. И если наступит вечер, Меня ты уже не вспомнишь. 2004 Королева. Единственный выход. Единственный способ. Единственный, пусть и неправильный, ход… Последней фигуры последняя особь Последний реванш над собою берёт. Обычная гадость. Обычная мерзость. Типичная, даже не новая, мразь. Такая ошибка! Такая нелепость… Естественной сказки обмывки и грязь… Любовь не по чувству, любовь не за дело – И ту опорочить, и ту осквернить!.. Красивые речи. Красивое тело. Красивая внешне, подгнившая нить… Противно подумать, не то что исполнить… Но мерзко смириться, заливши глаза. Она – королева. И все будут помнить – Дороже алмазов такая слеза! Плевать на законы и на непорочность, На высшие цели и тонкую нить… Но что-то от сердца простецки не хочет, Упрямо не хочет забыть… Восстать против фальши давно бесполезно, Но можно добиться всеобщей тоски. Глухими веками забито железно – Заржавленный гвоздь пересохшей доски. Как жить в этом мире? - До странности просто: Смириться с законом и стать, как они. Унять глупый голос – ни детский, ни взрослый – И стон засосут бесконечные дни. Одна против всех… Не особенно сложно. Не страшно. И руки почти не дрожат. Она – королева. Наверно, ей можно… В ногах её цели благие лежат… Осанка – не статуя. Нравом – не лидер. Лишь голос, как песня, поверх голосов… Но взглядом орлицы смотреть и не видеть – Не царское дело – гусар без усов. Победу заметить нетрудно без цели. Но драться без цели – пустая возня. А выбор страшнее: на этой неделе Война или мир, или просто резня… * * * Моя дорога сквозь года Изогнута, как коромысло. Я буду ждать тебя всегда, Хоть это не имеет смысла. Идти по вдавленным следам, Ловить на вдох скупые вести И верить свергнутым мечтам – Мы никогда не будем вместе. Мне по прямой, нельзя свернуть, Но тянет в сторону упрямо – К тебе клонится этот путь, А я должна всё время прямо… Странна дорога – спору нет. Каким же здесь преградам место? А у меня один ответ: Что будет завтра – неизвестно. Но если мы с тобой сейчас Продолжим встречное движенье - Когда столкнёмся в первый раз, Уже не будет продолженья. И не сплетутся тесно в нить Две параллельные кривые. На расстоянии любить - Любить навеки, как впервые. Я вижу: справа - пустота, А слева - дверь с небесным светом: Я буду ждать тебя всегда, Но смысл не в этом. 2006 * * * Крылья раскинув вольно, Я над землёй опять. Это не так уж больно – Не обретя, терять… Всюду полёг, как вата, Белый пушистый снег. Если искать виноватых, Жизнь не замедлит бег. Мимо судьба промчится, Как не твоя. «Этому не научиться», - Вторит снегам земля. Это приходит властно, И отбирает власть: Тем нипочём опасность, Кто обречён пасть. Тем, кто совсем не смело, Робко отвергнет рай. «Что же, - спрошу, - мне делать?» Кто-то шепнёт: «Играй!» Выбора нет, наверно… Я повторю ещё: Знала б ты, жизнь моя – стерва, Истинный свой просчёт, Если б во сне кошмарном Выразить мог язык, Как я тебе благодарна – И за короткий миг… 2005 Лисички. Нет, туда не едут электрички… И пешком далёко - не дойти. У пенька бесстыжие лисички - Рыжие и злые на пути. Как соблазн, коварные, хитрюги, Точно солнце пало в старый пень - Словно те хвостатые зверюги, Что таскают кур из деревень. Все по парам, точно сговорились. Все с ухмылкой, словно неспроста… И хотя кусты озолотились - Нет в округе ярче ни листа. Осень разбросала их под небом, Точно самоцветы губ своих. Потому что людям путь не ведом, Знают – здесь никто не тронет их. 2005 *** Любовь, которой нет… Которой нет!!! Холодный воздух в утреннем тумане. Куда спешить, погашенный рассвет? Душа устанет. Ветер перестанет. Дышу тобой. А ты – туман звезды, Туман рассвета и туман заката. Неимоверных мыслей чистоты Я утеряла суть – давно когда-то. Куда идти мне, призрачный рассвет? …И за подъездом я подъезд миную… Вот поворот, стоянка, небо, свет… Зачем любил никчёмную такую? Печаль. Листва. Я помню твой завет. Зачем – не знаю… Но прекрасней утра Взошла она – любовь, которой нет – И заволок туман её…как пудрой… Стучат не в такт чужие каблуки. Сама себе – чужая и смешная. Сама себе – спасенье от тоски. Сама себя уже не понимаю. Дыханье – ритм. А песня – боль сердец. Дошло теперь – забыть они не смогут. А я смотрю – и вижу: вот конец Когда-то мною пройденной дороги. Но так хотеть не смог бы просто дух, Который думал, что любить не сможет. Так дай же, утро, мне желанный слух, Что шла тогда дорогою не ложной. …И так летать над самою землёй, Неся, как тяжесть, все обрывки песен, Не смог бы дух, который козни плёл, Чтоб просто сделать жизни интересней. Я не просила чувствовать всерьёз. Подушка слёз… Кровать чужих объятий… Я выгоняла чувства на мороз. И отрицала тысячи понятий. Кипела жизнь бездушная в крови. И дни летели… И желтели ели. Но лучше нет той искренней любви, Которой мы запомнить не сумели. 2003 Медальон. В плену объятий оцарапав руку, Возьмёшь в ладони призрачный кулон, Повертишь молча, внемля сердца стуку, И спросишь шёпотом: «Откуда он?» …Ронял беспечный август с неба звёзды. Мерцала высь без края и без дна. Шумела ночь. Я возвращалась поздно. Я в первый раз была совсем одна. И словно тьма бросала мне вдогонку Холодный страх, как неказистый стих. Но что-то в лужу шлёпнулось в сторонке И мрак затих… Я подошла к холодному сиянью И разглядела через воду дно… Она лежала, словно изваянье. И не бывало раньше так темно. Последним бликом блеклой свето-ноты Блеснула мне упавшая звезда. Наверно там, в выси, случилось что-то, За что она потухла навсегда… Ты скажешь, что история нелепа. Но не стремлюсь я сказкой провести: Мой медальон – звезда ночного неба На золотой цепочке на груди. 2003 * * * Месяц за месяцем сменится. Время задует свечу. Но ничего не изменится, Если я не захочу. Солнце затянется тучею Мрачно, одной, но сплошной. Просто останется лучшею Та, что рассталась с тобой. Сердце отчаянно дёрнется, Хрипло и больно стуча. Всё до последнего вспомнится. Вновь загорится свеча. Старое снова пробудится. Память ударит больней. И ничего не забудется До окончания дней. 2003 * * * Мы не живём, а убиваем время. И облетают дни, как лепестки. Мы прожигаем их не в том гареме, Мы ждём и изнываем от тоски. И мы вольны не ждать и не бояться – Но это будет выход в пустоту. А в ней нельзя ни плакать, не смеяться. В ней не восходят дикие цветы. Лишь диким зверем мечется по клетке Моя родная искренняя страсть. Энергия внутри подобна ветке – Ветра умеют гнуть и не ломать. Вперёд-назад - не усидеть на месте - По комнате длиною в семь шагов. Был пень красивым деревцем – без лести. А что теперь? На нём грибы и мох. И каждый промах время не прощает, Напоминая прошлое пенька. Лишь этот возраст остро ощущает, Как каждая минута дорога. Полдня за драгоценное мгновенье, И жажда до беспамятства жива. Игра игрой - насущное движенье. Но здесь уже и не до баловства. 2006 * * * Мы будем с нелюбимыми – всегда. И только луч лишь вновь осветит душу – Надежды вновь судьба до нас разрушит И разлучит с любимым – на года. Мы будем одинокими – вовек. И только снег посыпет наши раны. И сердце успокоится обманом, Когда не тот – любимый человек. Мы будем независимы от чувств, Но будем знать, что не туда спешили… За то, что там, вверху, за нас решили, Что красных роз колючим будет куст. Мы станем ненавидящими свет. Но только будут стены вновь светиться, А мы – гадать, как то могло случиться? Но нам с тобою не найти ответ. И мы восстанем – только не спасём Того, что нам и в руки-то не дали, За то, что нет обыденной печали – Но мы такого счастья не поймём! За то, что кто-то там решил за нас, Что ежедневных плачей не бывает И что любовь обыденная тает, За то, что кто-то злой решил - за нас… 2004 На последнюю встречу. Всё не вечно. И сказки не вечны. Страшен мир в ожидания час. Целый вечер на лучшую встречу И последнюю встречу для нас. День смыкает за окнами веки. Белый снег… Суета на санях… Что нашла я в чужом человеке? До сих пор не сумела понять. Позабытым, частично разбитым И местами испачканным льдом. Не клянись, сердцем кровью залитым. Мы не встретимся в это «потом». Звать бессменно. Но так же не верить. Вспоминать. Забывать, не скорбя. Открывать бесконечные двери. И любить - не тебя… Лгать бездушно. Не ждать и не помнить, Обманувшись ещё до рожденья души. И для всех слишком дорого стоить, Потому что не жить. 2004 * * * Научись забывать о людях, От которых хорошего нет И уже никогда не будет. Не воскреснет свет, Что погас без словес и резко, Отрывая кусок души. Научись забывать о мерзком, Продолжая жить. Если кончилось зло без края, Позади уже, далеко, Это просто, поверь, - я знаю: Забывать о плохом легко. 2006 * * * Не вой на луну, серый волк. Лисица во тьме не рыщи. Вы слышите – ветер умолк, И больше мороз не трещит… Ночная сова, не кричи. Не веруй в проклятья, народ. Не жгите в окошках свечи – К вам путник уже не придёт… В печи не померкнет огонь - Но голос не хрипнет во мгле. Не стукнет во ставни ладонь. Дремучи леса на земле… …И капнет слеза, как звезда На черный, как смоль, небосвод. Зачем возвращаться сюда? - Здесь больше никто не живёт. 2005 * * * Посреди миллиарда квартир Одиноко горит окно. Не нужен мне ваш мир: Мне что с вами, что без – все одно. Прорвутся ветра в дыру Из этого в тот свет. Десятки планет умрут. Пройдут миллиарды лет. Мне дела до этого нет. И дремлет и страх, и страсть. Не нужен мне ваш свет – Он липок и тёмен, как грязь. 2006 * * * Не отбирай у меня Единственную отраду. Этот клочок огня. Слышишь меня? Не надо. Пусть эта жизнь – для всех, Вместе им будет легче. Только лишь чёрный мех. Только немые плечи. Только душа и дрожь. Только полёт и гибель. Знай же, что это – ложь - И авторучка, и грифель. Там, где весельем грусть, Там, где в боях объятья, Я потерять боюсь Красное это платье. Так обними меня! Просто сожми в объятьях. Не отними огня, Не разрывая платья. Не успокой, не лги, Не обещай другого. Помоги. Помоги. Помоги – И не суди сурово. 2004 * * * Небо. И крыши, и крыши… Снег. И следы на снегу. Вышло! А может, не вышло… Я объяснить не могу. Тучи. А может, не тучи… Может, небес молоко. Лучший… И лучший из лучших Близко…и так далеко… Точка. А может, не точка. Снова – не всё ли равно? – Сотая яркая строчка, И небеса за окном Слышат. А может, не слышат… Мне не помочь, не помочь!.. Небо. И крыши, и крыши… Прочь, бесконечные, прочь! Не для меня это чудо. Словно: «Смотри, но не тронь». Только смогу ли, забуду Этот забвенный огонь? Мало! Бессовестно мало! – И полмгновения нет. И на тропинке подталой Блекнет оставленный след. 2003 * * * И любить, и не ждать – нелепо, - Ни единожды и ни дважды. Обо мне не заплачет небо, Если я пропаду однажды. Обо мне не взметнутся птицы С грустным криком в тумане ночи. Обо мне дорогие лица Не напишут строчки. То ли вечер, а толи ветер Засвистит над трубой печною. И на небе фонарь засветит Ледяной луною. Может быть, за разбитой кружкой Горевать и скучать не будут… Одеяло моё с подушкой, Страсть и ласки ночей забудут. Стихнут отзвуки громкой песни - И в низах, и на самой вершине. И со временем все исчезнет - И из памяти, и из жизни… Будет небо и будут люди, Будет что-то другое - с каждым… Но меня на Земле не будет, Как не станет и их однажды. Лишь рассвет затоскует – тайно, Бледно-розовым привиденьем: Больше всех он о смерти знает, Потому что рассвет – рожденье. 2005 Несмиренная звезда. «Смириться» - сильно сказанное слово. Дана мне несмиренная звезда. Она с рожденья светит мне сурово. Как ты сказал? Смириться? Никогда! Пусть даже наступив во тьме на грабли И снова не добившись ничего, Я буду биться до последней капли Багряной крови рода моего. Пусть я в ногах валяться чьих-то буду, И этот кто-то плюнет с высоты… Моя звезда светить мне будет всюду. И не добраться до моей звезды! Я отдышусь и встану – обещаю. И тот, кто плюнул, ляжет предо мной, Твердя «прости». Но это не прощают. За это бьют и словом, и рукой. Я до звезды не поленюсь подняться, И долг в ответ отдать не поленюсь. Моей звезде не суждено сорваться. И ничего я с нею не боюсь. «Смириться» - сильно сказанное слово, А сильно сказанное слово – лишь вода. Вода стечёт, а я восстану снова. Дана мне несмиренная звезда. 2002 * * * Нечего вспомнить. За душу огромную Дали огрызок чужого огня. И за любовь до небес неуёмную. Это – и то! – для меня… Кто-то сказал, что в беспочвенных происках И беспокойном душевном бою… Кто-то сказал, что взаимного в поисках Можно и жизнь проворонить свою. Только не верую в счастье практичное И в некипучую кровь. Жизнь, что привычная и непривычная - Это и есть любовь… 2004 * * * Ну кто просил тебя спасать надежду, Когда никто не в силах был уже Носить её красивую одежду И врать больной, измученной душе? Ну кто просил тебя морочить душу, И кто внушил прилив мне этих сил? Тепло дарить в разгар январской стужи, Дарить мне свет… Ну кто тебя просил?! Латать шальные вычурные дыры На дорогих обоях этих стен… Ну кто тебя просил вставать над миром И ждать каких-то лучших перемен?.. Душой разбитой поиграть не страшно – Осколкам всё равно уже… давно. Что станет с сердцем, мне совсем не важно, Но каменным не смей ты звать его! * * * Ты спать поскорей ложись – Укрыться возьми покрывало… А мне наплевать на жизнь, Как жизнь на меня плевала. Людей не оставь одних, Которые рядом были. А мне наплевать на них – Они не меня любили. * * * Судьба возжелала иначе – Но мы существуем на свете. И горько безудержно плачет О нас завывающий ветер, Что нет нам приюта и ласки, И долгого в мире покоя, Что эти печальные сказки, Как мух, можно плющить рукою, И можно сердца и надежды О пол разбивать зеркалами И рвать на груди, как одежду, Почти бесполезно руками… Но то, что судьба предназначит, Не вымести, не изувечить: Кому-то – полжизни удачи, Кому-то – полнеба на плечи – И небо безропотно ляжет. …Но есть ведь такие молитвы, Что если их правильно скажешь, То кончатся слёзы и битвы. Так вот. Заклиная веками, Словами, делами и былью – Молю, чтобы крепче, чем камни, Мы вместе и счастливы были. * * * Я иду от колодца к дому, Зачерпнув ледяной водицы. Знаю – сладостная истома Трижды в ночь позовёт напиться. Зажигаются в небе звёзды За прозрачной щемящей синью. Ароматом пронизан воздух Горьких трав и сухой полыни. Оборотень. Вдохновенье в назначенный час Постучится в мои виски. Так ли много на свете нас – «Не таких»?.. Словно оборотень в стенах… И противясь безвольно сну, Я в ночной тишине, одна – Воспою луну. В красно-жёлтый небесный шар, Беспокойно-тиха, как мышь, Воплотится моя душа, Нависая над лесом крыш. Над корявою кромкой древ И над страшною тишиной, Прорываясь, как смертный грех, Пронесётся тоскливый вой. 2005 * * * Один единственный отставший, Уставший мучиться в хвосте Процессий вечно опоздавших На этой дикой высоте. Красивый внешне и душевно, Забытый жизнью навсегда, Об этой участи плачевной Не оставляющий следа, И пелены от малой тучки Не переставший отличать. Дошедший до последней ручки И повернувший жизни вспять. Он ненавидел расставанья… И окружающих людей. И одиночество, и тайны, И толпы старых площадей. Им было весело смеяться, Когда, куря обиды в дым, Устав всё время ошибаться, Он стал плохим… И вдруг опомнились мгновенья, О чьей не помнили душе. Но к этой куче - из презренья - Возврата не было уже. 2004 Одинокий волк. Я буду клянчить кроху для себя. И пусть мне сбросят – словно кость собаке… Как в прошлый раз. Не веря. Не любя. Размахивая ломом после драки. А против лома не найти приём. И мне дадут ещё, быть может, что-то. И с одиноким волком мы споём О высоте свободного полёта. Из ничего пришлось нам выбирать. Но лучший – он. И знаю – очень скоро Я волку буду громко подвывать. Пусть лучше с ним, чем с той голодной сворой. Что происходит – не могу принять. И попрошу не для себя – для волка. Ведь только я смогла его понять И полюбить – хотя бы ненадолго. Я буду клянчить кроху для него, И помирю на время с дикой сворой… Пока его не бросят, одного, В густой чащобе за моим забором. 2004 * * * Память откроет мне двери. Внутрь войду без помех. Добрые дикие звери… Ласковый шёлковый мех… Дайте мне только минуту – Хватит её на года. Я эту сказку забуду И не вернусь никогда. Канут видения в лету. Только лишь в самой глуши Будут скрываться заветы И нереальная жизнь. Лес, окружённый не болью, Сто травоядных волков, Всё, что зовётся любовью. Если бы мир был таков! 2004 Полмира. Апрельский дождь не будет больше плакать. Никто не распознает фальшь весны. А прозу жизни, что простая слякоть, С тобой срифмуем ловко в строфы мы… За серым – серым и за чистым-чистым… За доброй - доброй пеленой мечты… За это небо я отдам полжизни. Узнать бы только, что отдал бы ты… Вложу полмира я в чужую руку, Свои полмира вложишь в руку мне… Мы не подходим, как они друг другу, О том нам шепчет ветер в тишине… На край земли я не пойду с тобою. И не засветит солнце нам двоим. А ты бы смог поднять над головою И дерзко бросить жизнь к ногам моим?.. Мы просто люди, мы простые люди. Нам не подняться в эти небеса… Мы не любимы и любить не будем. И не поверим больше в чудеса. 2003 Последний раз. Кипела грязь под небом вечным. И плакал дождь в последний раз. И дали свыше эту встречу Для нас… И село солнце, хмурясь в тучах, Как будто ночи прямо в пасть. Но вспоминал ты блеклый лучик Опять…опять, ложившись спать… Я засыпала без смятенья, Я не шептала чушь в бреду. Но снилось, мнилось в сновиденьи – С тобой по слякоти иду. И снова грязь кипела утром. И снова плакал дождь для нас. И было всё каким-то чудом. И было всё – последний раз… Ложившись спать, опять ты думал: А вдруг не будет больше дня, А вдруг не встанет солнце утром, А вдруг отнимет жизнь меня?.. А я во сне навзрыд кричала В который раз кому-то: «Стой!» Но просыпалась и встречала Ещё один закат с тобой. И жизнь трепала наши нервы. И все мечты давали сбой. И это длилось день не первый, И не кончалось, как запой. И оборвалось безвозвратно Мгновеньем лопнувшей струны Внезапно, больно, непонятно. И виноваты были – мы. Прошло, как дым. Забыли даже. Но, не простившись парой фраз, Так и не поняли, когда же Был тот один, последний раз… 2003 Пробуждение. Не заблестела слеза И по щеке не скатилась. Я открываю глаза – Я от тоски пробудилась. Скрипнула створка окна, С улицы воздух впуская. Я не осталась одна, Не сорвалась с края. Комната будто жива – Нервы давно на не на взводе. Я оказалась права – Это уже проходит. Не прорастут семена Злобы, обиды и фальши. Главное – не вспоминать, Просто идти дальше. Не оглянуться назад, Не растравмировать душу. Я открываю глаза – Многое сделать нужно. Я не сошла сума, Преодолела травлю. Все поняла сама – Ошибки свои исправлю. 2006 * * * Прозаичный балкон на втором этаже И бродячие сны… …А над нами висела краюха луны – Будто пробовал кто-то уже… «Деревенская» тишь городской глубины И пустые дворы: Соловьёв заменяли, пища, комары, Изменив колорит тишины. Мы смеялись не в тему, дышали не в такт И смотрели не вдаль. Нам, наверное, времени, было не жаль, Раз его убивали мы так. Не хватало лишь пения тех петухов, Что гласили зарю… И понять, почему я тебе говорю Эти строки глазами, без слов. Не хватало лишь эха чащобы лесной – Чтоб вернулся ответ… Чтобы ты осознал, что пристанища нет Для двоих на планете одной. Не хватало и места для гордых сердец Под краюхой луны… Мы бродили вокруг, как бредовые сны, И не знали, что это – конец. Мы стояли вдвоём посреди пустоты И упрямо могли Утопить свои мысли в грязи и в пыли, Сочиняя мечты. Мы стояли в обнимку, друг другом больны, На втором этаже… Но над нами смеялись все звёзды уже И краюха луны. 2003 * * * Прозрачная капля на этой холодной стене, Частица от прошлой душой опровергнутой муки, О чём-то невечном безмолвно поведала мне, Напомнив о чьей-то чужой неизбежной разлуке. Смотря в потолок, в этой бархатной пене, молчать… На жизнь опоздав. Что бежать за последним вагоном, Как эхо, которое криком не станет опять?.. И всем отвечать небывало спокойнейшим тоном: Хотите о жизни, так я напишу вам про жизнь! О том, как играла, смеявшись садистским ребёнком, Швыряла камнями и громко кричала «Держись!» И в тысячный раз убегала по острой щебёнке, Дразня: «Догоняй!» А за плечи хваталася высь, Которую кто-то назвал безмятежной любовью. Звала к облакам, что умели лишь сбрасывать вниз. Хотите о солнечных снах по ночам в изголовье? Трепаться о том, что испытывал каждый из нас? Затрагивать вновь бесконечные разные темы… Попробуйте лучше сразиться единственный раз С одной никому, кроме вас, неизвестной проблемой. 2003 Разлуке. Боишься мыслей? Я ли не боюсь… Но я пишу «конец» по центру строчки… «Прости. Прощай. Я больше не вернусь» – И боль потери в незаметной точке. Сломать ли жизнь? Ему? Или себе? Моя и так изорвана на части. За что сказать не в силах я судьбе, Что знаю, знаю, что такое счастье! Я запрещаю оскорблять его! Один любил он искренно и верно. И не сравнится в мире ничего По чистоте с душой его, наверно. Но не для тех, кто ничего не ждёт, Такая вечность и такое счастье. Его одежда мне не подойдёт, И я несчастней стану в ней отчасти. И чьё-то сердце в плачущей крови Жестоко будет брошено судьбою. Не место в мире этой «нелюбви». Но не умею жертвовать собою. 2004 * * * Рукавом смахнув остатки пыли Мёрзлых чувств и позабытых фраз, Помоги мне вновь расправить крылья И взлететь – ещё хотя бы раз… Выше скал, рукой коснувшись неба, Дотянусь до звёзд и засмеюсь. В раз второй пойму, что всё нелепо – И тогда навеки разобьюсь. Высоко. Бесстрашно. Безнадёжно. Только раз – прошу, не подведи. Пусть пойму, что выше – невозможно И увижу пропасть впереди. В сундуке. Для внуков и для были… Для себя. Без ропота. Без слов. Сохранить, чтоб знали - были крылья! И носили выше облаков. 2003 Русь. Только солнце с небес в полный рост. Только шум надоевшей молвы. Я встаю через тысячи вёрст – Новой сказкой с измятой травы. Я звалася родною землёй И Россией, и Русью звалась. Я не знала минутный покой, Если кровь молодцов не лилась. Я стонала под тысячей ног И под тысячей взглядов клялась - Дайте срок, дайте только лишь срок, Чтоб спокойная жизнь началась. Я боялась бредовых идей. И дрожала, о прошлом скорбя, За своих сумасшедших людей, За себя… А простор расстилался ковром От морей до морей. В зиму снег мой блестел серебром. И молились, молились: «Согрей!» - Золотым куполам и лесам, И бескрайним просторам моим – Чудесам, чудесам, чудесам, Превращавшимся в дым… Знала – будет чужой – не засну. И с тех пор ни один из чужих Не вступил, как хозяин, в страну, Пожелавши просторов моих. Добры молодцы, храбрых сердец Не жалея, дрались до седин. Но из тысяч волков и овец Мне запомнился рыцарь один. Он в доспехах с булатным мечом За меня отдал жизнь и любовь. Только смерть без лица палачом Пролила его алую кровь. Пусть мне тысячи лет! Не беда! Я зову храбрецов, как звала. Я живу. Я ещё молода! Я такая же, как и была. В ночь над городом летопись звёзд, Повесть лет временных и судьбы. И народы, и земли – внахлёст, Свет и тьма на границе мольбы. На коленях. Как будто дитя – Робок взгляд, до гордыни красивый… Перелётные птицы летят. Только я называюсь Россией! * * * Рухнувший дважды не ждёт Третий удар по лицу. Просто плети переплёт Этому полу-концу. Павшие навзничь и ниц Будут ползти по земле. Тысячи, тысячи лиц Поисчезают во мгле. Хочешь ли ты? Так иди! Снова зажгутся огни. Только не будет пути. Я не хочу, как они… Павшие лицами в снег. Падшие с диких высот. В сумерках зимних навек… Просто плети переплёт. Грубо – стежок за стежком. Молча – с обидой души. Холодно. Это легко. И никуда не спеши: Птица во тьме не поёт. Грудь не помеха свинцу. Рухнувший дважды не ждёт Третий удар по лицу. 2004 Сердце. Я несу своё сердце вам - Чтобы вы его снова разбили! Опустел с хрусталём сервант. Все на свете покрылось пылью. Я стираю тоску с лица - Мне не нужно. Я сама разбивала сердца, Потому что бывает хуже. Из кусков одного куска И на вытянутой ладони - Оно думает, что пока Здесь никто его пальцем не тронет. Я беспомощно вам несу… И другого слова Не найти, проглотив слезу: Разбивайте же - я готова. Об асфальт в полуночный зной, О блестящую боль судеб. И за каждый осколок мой… Ничего никому не будет. 2006 * * * Скажи мне, что такое радость, Скажи мне, что такое жизнь - И напиши моей помадой На этой стенке слово лжи. Ладонью взор я твой прикрою. Ведь это просто ерунда! Никто не знает, что такое Земное счастье навсегда. Но кое-кто один надежду Однажды пробовал на вкус… Надежда – это нечто между Двумя концами рваных бус. Я растяну в улыбке губы И промолчу, сдержавши крик, Что эта ложь нас всех погубит, Как сладок не был бы язык. 2003 * * * Дождик стекло вымоет – Грязь утечет прочь. Снятся мои любимые Утром и в темную ночь. Солнце слезу высушит – Лучик скользнет по плечу. В снах на подушке вышитой - Вижу, кого хочу… Наволочку душистую Уберегу от рыдания. Самые в мире чистые – Эти мои свидания. Добрые, незабвенные… И не отнимут – нет! - Встречи благословенные С теми, кого нет. 2005 * * * - Согрей меня, солнце! - Я больше не грею. - Луна, посвети... - Я погасла давно... ...И только рассвет, леденя, пламенеет, Когда поутру открываю окно. Завишу от мира, а мир перетоптан, А мир перепробован тысячу раз. Здесь, словно на рынке, в рассрочку и оптом Сбывается прошлое – с рук, мыслей, глаз... Но даже теперь, как тогда, не поверю, Что были когда-то другие сердца. Стою пред замками обвешанной дверью, Души не скрывая, не пряча лица. И я не хочу, чтобы дверь открывалась. И я не хочу, чтоб впускала она Ни зла, ни печали, ни то, что осталось, Ни то, что сказала в ответ мне луна. Пускай! Так и было. И горше не стало. А сладкие сны обошли стороной. А то, что осталось, и то, что отстало – Навек оставляю за этой стеной. Прощальное свидание За углом, у того перекрёстка, Через день, что уйдёт без следа, На последнем свидании просто Мы простимся с тобой навсегда... Жёлтых роз под хрустящим пакетом Я узнаю бездонную грусть. А за дымом твоей сигареты – Взгляд тоски безысходной... И пусть!.. Опоздав, как всегда, ненадолго – Так больнее: "А вдруг не придёт?" – Я дотронусь волос твоих шёлка И слова превращу свои в лёд. Никогда. Ни за что. Не отвечу Чувству, сердцу, душе. Не горюй! Я запомню последнюю встречу И болезненный твой поцелуй. Сохраню эту нежность в бутоне И навек меж страниц засушу. И, сжимая желанье в ладонях, Что любила тебя – не скажу. * * * Мёртвою хваткой задержана, Сорвана с петель, как дверь, И на пороге повержена, Словно затравленный зверь... Власть над душой одинокою... Мрак посреди бела дня... Быть беспощадно жестокою Ты научил меня. Дрогнет, но не остановится Хрупкая эта рука. Тайна её не откроется Через глухие века. Эта душа не раскается И не дождётся огня, Но никогда не оправится После меня... * * * Согрей меня, солнце! Я больше не грею. Луна, посвети… Я погасла давно… …И только рассвет, леденя, пламенеет, Когда поутру открываю окно. Завишу от мира, а мир перетоптан, А мир перепробован тысячу раз. Здесь, словно на рынке, в рассрочку и оптом Сбывается прошлое – с рук, мыслей, глаз… Но даже теперь, как тогда, не поверю, Что были когда-то другие сердца. Стою пред замками обвешанной дверью, Души не скрывая, не пряча лица. И я не хочу, чтобы дверь открывалась. И я не хочу, чтоб впускала она Ни зла, ни печали, ни то, что осталось, Ни то, что сказала в ответ мне луна. Пускай! Так и было. И горче не стало. И сладкие сны обошли стороной. А то, что осталось, и то, что отстало – Навек оставляю за этой стеной. 2003 * * * Сонно, словно невесомо Сыпал снег ли с неба томно… Я уже почти не помню, Как затем пурга мела… Лист атласный пастой красной Я запачкала напрасно – Я писала о прекрасном И тебя тогда ждала… Опоздал ли? Позабыл ли? Проучил ли? Разлюбил ли? Или, может, слишком сильно, Не боясь огня, Не принявшую отказа, Не простившую ни фразы, Не забытую ни разу Ты любил меня… Вечно врозь и вечно вместе Вечной горько-сладкой смесью, Не смирив природной спеси, Что и в боль и в сласть… Не когда-то… Не однажды… Скомкав лист в сердцах бумажный – Сделать так сумел бы каждый – Я не дождалась… Если лязг простой железки Скрип заменит стеклорезки, То, разбившись, повод веский Сможет в ноги правде пасть… Даже дважды два четыре – Слишком сложно в этом мире, Но метаться по квартире – Не моя напасть… После первых двух свиданий – Море чувств, проблем, гаданий О правдивости признаний… И цветы в горшке… Перепутав всё однажды, Мне опять поверить важно, Что не лист люблю бумажный, А слова в строке… (2003) Спящая красавица. С зарёю взмахни плащом, На чёрного сядь коня. Мой замок зарос плющом. Приди, разбуди меня… Хрустальна моя кровать. Своей красотой дразня, Мне так надоело спать! Приди, обними меня… Пытались меня будить Десятки горячих рук. Но сна колдовскую нить Тебе разрывать, мой друг. Мой принц, поцелуй меня! С зарёю взмахни плащом – На чёрного сядь коня… Мой замок зарос плющом… Об каменный пол мечты... Что это навеки – ложь! Я знаю, услышишь ты… Я верю, что ты придёшь!.. …И снова за сотни вёрст Приходят ко мне не те… Конец беспроглядно прост – Нельзя умирать в мечте! 2003 Стены. Наважденье. Предзнаменованье. Из окна? То она? Не она? Месть. Возмездие. И наказанье. И сквозь тучи шальная луна. И на стенах подвижные волны – Тусклый свет, что от шума оглох. Невозможно уйти от безмолвных Громко воющих стен четырёх. Никуда – пусть и мир станет шире, И резиною тянуться дни! – В каждой комнате их по четыре. В каждой комнате воют они. 2004 Столбы. Это всё – просто горечь от тех, Кто ушёл, оставляя следы… И рыдали за кем без утех Позабытые мною мечты. И просили вернуться назад, Будто люди, моля и крича… Сделать что-нибудь, что-то сказать… Не молчать!.. Не молчать… Но не дрогнули губы в ответ. Лишь качнулась в протест голова – Не могла объяснить я им - нет! – Что слова – это просто слова. …И меня бы, как столб, обошли, Кабы я оказалась мечтой… Будто столб на дороге в пыли. Будто столб – ну стоишь, так и стой! Кто стоял перед ним – тот дурак, Ведь столба не засунуть в мешок – Только силы терять просто так… Кто умнее – тот мимо прошёл. И рыдали мечты без утех, Проклиная законы судьбы… Это всё – просто горечь от тех, Кто ушёл, оставляя столбы. 2003 * * * Судьба возжелала иначе – Но мы существуем на свете. И горько безудержно плачет О нас завывающий ветер, Что нет нам приюта и ласки, И долгого в мире покоя, Что эти печальные сказки, Как мух, можно плющить рукою, И можно сердца и надежды О пол разбивать зеркалами И рвать на груди, как одежду, Почти бесполезно руками… Но то, что судьба предназначит, Не вымести, не изувечить: Кому-то – полжизни удачи, Кому-то – полнеба на плечи – И небо безропотно ляжет. …Но есть ведь такие молитвы, Что если их правильно скажешь, То кончатся слёзы и битвы. Так вот. Заклиная веками, Словами, делами и былью – Молю, чтобы крепче, чем камни, Мы вместе и счастливы были. 2005 * * * Ты выбираешь счастье или муку. Ты выбираешь радость или боль. А я иду по запаху и звуку Уже давно не с ним и не с тобой… Ты выбираешь правду или кривду. Ты выбираешь слёзы или смех. А я рисую сказки крупным шрифтом И размножаю ксероксом для всех. Ты выбираешь праздность и проблемы. Ты выбираешь крик и тишину. А я черчу одну простую схему, Простую схему, но для всех одну… Обложка, книга, белые страницы И типографский запах от души… Вязалось счастье на блестящих спицах В гнилую нитку под названьем жизнь. 2003 * * * Ты подойдёшь ко мне, как к краю крыши, Над высотой согнёшься пополам… И я услышу, как ты шумно дышишь. И я увижу все твои дела. И я узнаю, как любить способен, Кто никого на свете не любил, Как был он счастлив, становился злобен, И как потом прощения просил. Закроет уши и зажмурит веки, Расставит руки, словно два крыла… Но всё равно сойдёт с ума навеки На высоте бескрылого орла. Он никогда уже не засмеётся И ни когда не будет счастлив вновь. Он не взлетит, а просто разобьётся И просто дождь с асфальта смоет кровь. 2003 * * * Удача окрыляет даже скалы – Парят за облаками их верхушки. И в высоте ликуют их оскалы, И отражаясь в недопитых кружках, Внушают лёгкость этого полёта, Обманут и потом не извинятся. А высоту легко набрать в два счёта – Труднее с криком наземь не сорваться. Не надо их высматривать в бинокли На каждом подоконнике квартиры И возносить до несуразных воплей Свои восторги от свиданий с миром. Они намного ближе. Как виденья – В секунду сотни видоизменений. И просто неминуемо паденье С таким неугомонным настроеньем. 2006 * * * Этого не будет никогда: Семеро по лавкам, хохот сладкий… Будет только пыль и лебеда За осточертелою оградкой. В сковородке сладкие лепёшки, Сединой умытые года, Гром упавшей с краю на пол ложки… Этого не будет никогда. За окошком мята и тюльпаны. В голубое крашеный забор, И плюща зелёные лианы, И в беседке летней разговор. Шавка неизведанной породы На цепи у серой конуры. Между грядок тропка в огороде. Яблонь старых щедрые дары. И холодный ветер в одночасье, Словно дым рассеет без следа, Унесёт с собой земное счастье… Этого не будет никогда. 2005 * * * Я иду от колодца к дому, Зачерпнув ледяной водицы. Знаю – сладостная истома Трижды в ночь позовёт напиться. Зажигаются в небе звёзды За прозрачной щемящей синью. Ароматом пронизан воздух Горьких трав и сухой полыни. 2005 * * * Я останусь тебе чужой. Как ветра неродного края. Как родная с чужой душой. Как земля небесам чужая. Породнилась трава с водой. Породнилась с избой ограда. Породнились любовь с бедой. Мне же - родственников не надо. Бестолковая их суета… Да слезинку когда проронят… Будет больше от них вреда, Чем подмоги от посторонних. После ливня цветной дугой Глянет небо в окно квартиры. Я останусь тебе - Другой - Для измены жене и миру. У разлучницы нет в крови Ярой мести, тоски суровой. А для тех, кто не знал любви, И Разлука – пустое слово. Я останусь твоей мечтой – Так запомнится жизнь чуднее. И непознанной «чужетой» Буду всех я тебе роднее. И для тех, кто не ведал слез, Подпишусь я горячей кровью: Навсегда, до последних грёз, Я останусь твоей любовью. 2005 * * * Я пишу голубым мелком На последнем клочке стены Для слепых и глухих окон И, наверное, для тишины… Отворите свои глаза! Разомкните для слова слух!.. Навернётся опять слеза – Мой квартал повсеместно глух… Красной краской поверх всего, Покрывая слова других, Я пишу – но опять ничего! Я кричу, но кричу для глухих. Может быть, не поверив в сны, Ожидать перестав огня, На каком-то клочке стены Кто-то страстно искал меня… И поверх моих слов опять - Будь то имя, а будь хоть стих - Будут люди другие писать, Но никто не услышит их… 2003 * * * Я поднимусь по лестнице в свой дом И разбросаю письма по квартире. Когда растает снег и грянет гром, Тебя не будет больше в этом мире. Когда заставит боль прерваться сон, Когда заметит бездна хруст щебёнки, Застать не сможет больше шум лесов Сбежавших душ в крылатых распашонках. Тебя не сможет наказать рассвет Зато, что ты завял в разгаре лета. Тебя на этом свете просто нет, Как для тебя не существует света. Из-за меня по собственной вине, Из-за себя моею доброй волей, Ты не увидишь этот свет в окне, Зато познаешь мрак в пустынном поле. А я шагну туда, где правит дождь – Пусть смоет грязь с меня, простить пытаясь. Я протяну тебе в ладонях дрожь И, отвернувшись, очень постараюсь Не помешать тебе идти на дно. И ты утонешь, не поверив чуду. А я закрою память, как окно, И всё забуду. 2003 * * * Я проснусь через тысячу лет И увижу луну над рекой. И дотронусь, шагая на свет, Я до лунной дорожки рукой… Как вчера заиграет вода, И встревожится образ луны… И как будто бы мне никогда Не являлись подобные сны!.. Я бесшумно вдохну и нырну. Опускаясь на самое дно… И увижу сквозь воду луну, Как дрожащее сонно пятно… А когда поднимусь над водой, Жадно воздух глотая в тиши, Улыбнётся луна надо мной И поведает сказку про жизнь… И, наверное, в тысячный раз Я поверю, воскреснув опять, Чтоб познать эту ложь без прикрас, Чтобы вновь разучиться мечтать, Чтобы снова навеки заснуть… И увидеть луну над рекой И один только раз лишь взглянуть, Водной глади коснувшись рукой… 2003 |
Родилась 28 сентября 1985 года в г. Владивостоке. В 2004 г. окончила Оренбургский музыкальный колледж при ОГИИ им . Ростроповичей. В настоящее время учится на факультете журналистики в Оренбургском Государственном университете. В литобъединении с 1999 г. Печаталась в газете «Вечерний Оренбург», в журнале «Москва», в альманахах «Гостиный двор», «Башня», в сборнике «Здравствуй, это - я!». Лауреат областных конкурсов им. С.Т. Аксакова, «Оренбургский край- XX век», Всероссийского Пушкинского литературного конкурса «Капитанская дочка» (2003).
ОАО «Уфанет»
Направление информационных и медийных проектов | RSS-лента |
Комментарии
RSS лента комментариев этой записи